Мартин Ауэр: Странная война, Рассказы в защиту культуры мира

   
 

Предисловие

перевод Дмитрия Чурсинова

This translation has not yet been reviewed

Мечтатель
Небесный мальчик
Морковная планета
Страх
И снова страх
Странные существа с планеты Хортус
Когда пришли солдаты
Противники
Один на один
Марсианская война
Раб
Хорошие математики
Странная война
Аробанай
Звездный змей
Пробка
Двое заключенных
Сказка о хорошом короле
Доклад на совете Организации Объединенных Солнечных Систем
Открытое обращение
Бомба
Предисловие
Download (All stories in one printer friendly file)
Откуда берется война?
Guestbook
About the Translator
About the Author
Mail for Martin Auer
лицензия
Creative Commons licence agreement

Генеральная Ассамблея ООН объявила 2000 год «Годом культуры мира». По этой причине я составил этот небольшой сборник рассказов.

С тех пор, как я пишу книги для детей, для меня всегда было важной задачей представить трудную тему «Война и мир» в доступной для детей форме. Мне кажется недостаточным рассказывать детям о том, что война — это ужасно, а мир куда лучше. Хотя это, конечно, уже прогресс, по сравнению с детской литературой, прославляющей военную службу и боевые подвиги, которой у нас хватает. Но большинство детей в наших широтах знают, что война — это нечто ужасное, а мир гораздо лучше. Но возможен ли мир? Или, не является ли война неизбежным роком, который то и дело разит людей? Разве не учит нас история, как и ежедневные вечерние сводки новостей, что война всегда и везде была и есть? Культура мира, способность понять других, мирное разрешение конфликтов — все это прекрасно — но что, если другие этого не хотят?

Я не представляю, как можно искоренить войну из нашей жизни, если не искать причин, которые эту войну порождают. Только зная причину недуга, можно с ним целенаправленно и эффективно бороться.

Хотя я постоянно прогуливал занятия по истории в универе, дома я по сей день продолжаю самостоятельно изучать историю, потому что меня как писателя, естественно, всегда занимает вопрос, чтó определяет поступки и мысли людей. Хотя, конечно, я не могу утверждать, что нашел философский камень и мог бы окончательно разъяснить в своих рассказах, в чем заключаются причины войны. Я также не могу дать готового рецепта того, как можно избежать будущих войн. Но я хотел, чтобы рассказы делали нечто большее, чем просто бы «заставляли задуматься». Поэты всегда хотят только заставить задуматься, но когда-то должен же кто-нибудь и начать, наконец, думать. Рассказы, которые я здесь собрал, нацелены на то, чтобы задать направление, в котором можно размышлять дальше, нацелены на то, чтобы дать почувствовать, где и как можно было бы вести поиск причин войны.

Рассказ «Мечтатель» появился во время недельного семинара в долине Отцталь, который устраивался по теме «Свободен, как ветер» в рамках культурной инициативы «Фейерверк». Там я написал вместе с детьми «Книгу о ветре и облаках».

«Небесного мальчика» я написал для детского телесериала кинокомпании ЦДФ «Зибенштайн». Это было немногим после падения Берлинской стены в 1989 году, когда весь мир был охвачен недолгой эйфорией по поводу установившегося мира. К тому времени, когда рассказ вышел в виде книги, мы уже стали свидетелями войны в Персидском заливе. Этот рассказ повествует об очерствении души, к которому может привести страх. Суть рассказа не в том, что в конце мальчик выбрасывает оружие, а в том, почему он его выбрасывает. Просто сказать «Почему бы тебе не выбросить свое оружие» не достаточно. Прежде должна появиться надежда на перемены.

«Морковная планета»: Здесь изображается, как определенная общественная система может развивать собственную динамику, так что подчас бывает очень сложно что-нибудь в ней изменить, и даже те, кто собственно и страдает от этой системы, становятся на ее защиту.

В рассказе «Существа с планеты Хортус» речь просто идет о том, во чтó обходится ведение войны.

Когда пришли солдаты в сжатой форме, что понятна и достаточно маленьким детям, показывает, что в основе войны лежат завоевания и эксплуатация, а не разница во мнениях, расовой принадлежности, культуре или интересах. Рассказ демонстрирует, что в эгалитарном обществе завоевания не имеют смысла, в то время как иерархическое общество не может существовать без завоеваний. Данная тема получает раскрытие в рассказе Доклад на Совете Организации Объединённых Солнечных Систем. 

«Война на Марсе» — это попытка показать, как тот факт, что каждый преследует свои собственные — в сущности невинные — интересы, приводит к результату, которого не хотел никто.

Тема получает свое развитие в «Хороших математиках». Я написал эту историю по прочтении «Логики коллективных действий» (”The Logic of  Collective Action”) экономиста Манкура Ольсона. В этой книге автор обоснованно приходит к выводу, что принципиально невозможно, чтобы большая группа «индивидуумов, рационально действующих в собственных интересах» (это излюбленная модель современной экономики), совместно что-нибудь сделала для общей пользы, даже если все они знают, что приложи они для этого свои усилия, то стало бы лучше им всем. Кроме того, он доказывает, почему более маленьким, не совсем уж необъятным группам проще добиться чего-либо в общих интересах, чем по-настоящему большим группам.

«Странная война» изображает возможную форму пассивного сопротивления. Какой способ сопротивления возможен, зависит, разумеется, от целей захватчика. Если захватчик намерен истребить другой народ, эта форма противоборства невозможна. Большинство войн, однако, ведется с целью покорить народы, а не истребить их.

«Аробанай» рассказывает о жизни пигмеев как о примере формы существования собирательниц и охотников. История основана на исследовании Колина Турнбулла.

«Звездный Змей» же — это история молодого ацтекского воина и еще — история образования Ацтекской империи.

Эти два рассказа противопоставляют друг другу одно из самых миролюбивых и дружелюбных и одно из самых воинственных и жестоких обществ, которые когда-либо существовали на этой планете. Их нужно читать вместе и сравнивать между собой различные аспекты жизни в одном и другом обществах. Как это вообще возможно, что представители одного и того же вида могут так по-разному чувствовать, думать и поступать?

«Двое заключенных» представляет собой известную в теории ролевых игр «дилемму заключенных», классическую модель того, как совершенно рациональное стремление к собственной выгоде наносит ущерб всем участникам. Кроме того, модель доказывает, что если действовать по ее правилам, выход найти невозможно.

Сказку о хорошом короле я написал в Корее в 2010 году. Я участвовал в собрании писателей и  иллюстраторов со всего мира. Все они сотрудничали над коллекцией сказок о мире  и собрались вместе чтобы отметить издание книги. Было много разговора о силе любви и о важности толерантности и дружбы. «Когда люди поют и танцуют вместе они не будут потом воевать друг с другом» - это высказывание получало много аплодисментов. Мне не нравилось противоречить этому высказыванию, но я должен был это сделать потому что оно просто не было правдой. Ведь как часто в истории случалось что люди, бывшие хорошими друзьями и соседями, вдруг очутились на обратных сторонах фронта! Хотя толерантность, дружба и любовь необходимые ценности, этого не достаточно. Мы должны учить наших детей критическому мышлению и аналитическому взгляду на мир. Мы должны помогать им видеть через политическую пропаганду и риторику мира. И самое главное, мы должны понимать и помогать нашим детям понимать, что большие группы людей ведут себя по другому чем отдельные люди. Государства не начинают воевать из-за того, что они друг другу не нравятся. Нельзя использовать психологию в понимании государств или племён или сообществ или религиозных обществ, потому что такие организации состоят из множества индивидуальностей с разной психологией, разными взглядами на мир, разными интересами и очень ограниченными понятиями о намерениях других членов группы. Поведение группы определяется поведением всех её членов, но результат может совсем отличатся от того чего могли стараться достигнуть индивидуальные члены группы. Как пример, я написал эту сказку.   

«Доклад на совете Организации Объединенных Солнечных Систем» — это обобщение всего сказанного и, наверное, то, что узнал Небесный Мальчик за годы наблюдений за голубой планетой в телескоп. Первый вариант рассказа я написал все на той же неделе семинаров в Отцтале, когда детям разрешалось просить у меня рассказы. Одна девочка, у которой по случайности, была такая же фамилия, как и у меня, а имя было Нина, принесла мне тогда на сцену записку: «Мартин, скажите, пожалуйста, почему происходит война». История, помимо прочего, основана на исследовании Льюиса Мамфорда («Мифы о технике»), ну и, конечно, на моих собственных рассуждениях. Раньше я думал, что было время, когда люди вообще не знали, что такое война. Но когда я вычитал у Джейн Гудолл о войне среди шимпанзе, мне пришлось пересмотреть свое мнение. Даже в эпоху собирательниц и охотников могло произойти, что какой-нибудь группе приходилось искать новое место для охоты, и она вторгалась в чужие угодья. Но с изгнанием одной стороны война прекращалась. Она случалась, но не была неотъемлемой частью культуры. Только развитие сельского хозяйства в форме земледелия или скотоводства дало людям возможность откладывать запасы, так что у них вообще появилось время для ведения войны, а что касается жертв, запасы можно было грабить и не уничтожая ограбленных. Война стала постоянным явлением, потому что она была средством концентрации излишков меньших сообществ и их инвестирования в то, что могло повысить производительность, создавая еще больший излишек, который опять же можно было вложить в прогресс и т.д. Причем, гораздо более эффективным средством, чем, к примеру,  могли бы стать переговоры и добровольные объединения. При этом не имеет большого значения, какова мотивация отдельного предводителя или сторонника войны. В природе вследствие случайной мутации появляются такие качества, как, скажем, рога. Останутся ли рога или пропадут, зависит от того, способствуют они размножению рода или мешают. Вождь может развязать войну из ненависти к соседу, из тщеславия, из религиозных побуждений, просто из заносчивости, из чрезмерной агрессивности, из-за половой неудовлетворенности, из чего угодно. Но закономерным явлением война может оставаться только потому, что, во-первых, она способствует объединению людей в огромные империи, а, значит, концентрации излишков. Во-вторых, она требует от большой части этих людей большего излишка, чем бы они добровольно пожелали вкладывать в общее дело или в будущее. Наконец, потому, что она движет «прогресс», если под этим понимать повышение производительности человеческого труда. То, что выгодно обществу совсем не обязательно выгодно отдельному человеку. Общество из 500 свободных крестьянских семей будет счастливее, чем стотысячная армия крестьянских семей под предводительством воинственного вождя. Но столицу с храмами и школами жрецов, где наблюдают за ходом звезд, может себе позволить только империя воинственного вождя.

Способность людей к агрессии определенно является условием того, чтобы вообще велись войны, но она не причина этого. Разве молодые люди в Австро-Венгрии в 1914 году были агрессивнее, чем, скажем, в 1880-м? Или кайзер стал агрессивнее с возрастом? Часто агрессивность людей и их ненависть к соседям нужно сначала разжечь, прежде чем они захотят втянуться в войну или позволить втянуть своих детей. Но нередко агрессивность солдат нужно и обуздывать. Хотя, с одной стороны, для определенных спецподразделений, типа «Зеленых беретов» во Вьетнаме, в людях воспитывается свирепость, современной армии в первую очередь нужны те, кто  действует дисциплинированно и ответственно, то есть, как можно меньше позволяет эмоциям владеть собой. Способность человека к взвешенным, неэмоциональным поступкам иногда гораздо опаснее его способности к агрессии. Как ни важны всевозможные воспитательные меры, которые служат снижению агрессии, пониманию чужой культуры, способности к мирному разрешению личных конфликтов — причины войны они устранить не могут. Индустриальная рыночная экономика, которая диктует сегодня правила общественного устройства в нашем мире, как никакая другая социальная система из существовавших ранее, стремится к повышению производительности, к тому, чтобы выпускать как можно больше товаров при как можно меньших затратах труда и тут же снова вкладывать излишек в расширение производства и увеличение производительности. Это не только ведет к тому, что мы скоро подойдем к пределу того, что может выдержать экология планеты. Здесь заложена и основа будущих войн. Говорят, что войны будущего могут происходить из-за все сокращающихся ресурсов, например, воды. Это реально. Но также реально и то, что будущие войны возникнут между экономическими блоками и будут связаны с тем, кто будет иметь возможность что-либо куда-либо продавать.

Чтобы избежать войн в будущем, 6 миллиардов людей — а скоро их будет 7 и 8 миллиардов — должны договориться о новых формах хозяйствования и социального устройства. Только осознавая присутствие друг друга и согласуя друг с другом свои действия, они смогут не усугублять свои беды, преследуя собственную выгоду. Теперь целью должно быть не постоянное увеличение производительности — производить как можно больше с как можно меньшими затратами; не обмен вещами должен быть основой взаимодействия между людьми. Возможность производить вещи с меньшими затратами труда должна приводить не к тому, чтобы производить еще больше вещей, а к тому, чтобы люди использовали освободившееся время на то, чтобы обмениваться друг с другом социальными «продуктами»: искусством, развлечениями, заботой, лечением, исследованием, спортом, философией и т.д.

Если бы каждое орудие по приказанию, или предугадывая волю хозяина, исполняло полагающуюся ему работу, как двигались сами по себе статуи Дедала, или катились по собственному почину на священную работу треножники Гефеста, если бы челнок ткал сам по себе, то не было бы надобности ни у мастера  в помощниках, ни у господ в рабах.

Аристотель

Далеко ли мы ушли от этого?

   
  This site has content self published by registered users. If you notice anything that looks like spam or abuse, please contact the author.