Мартин Ауэр: Странная война, Рассказы в защиту культуры мира

   
 

Морковная планета

Please share if you want to help to promote peace!

перевод Дмитрия Чурсинова

This translation has not yet been reviewed

Мечтатель
Небесный мальчик
Морковная планета
Страх
И снова страх
Странные существа с планеты Хортус
Когда пришли солдаты
Противники
Один на один
Марсианская война
Раб
Хорошие математики
Странная война
Аробанай
Звездный змей
Пробка
Двое заключенных
Сказка о хорошом короле
Доклад на совете Организации Объединенных Солнечных Систем
Открытое обращение
Бомба
Предисловие
Author
Download (All stories in one printer friendly file)
Откуда берется война?
Guestbook
About the Translator
About the Author
Mail for Martin Auer
лицензия
Creative Commons licence agreement

На одной крошечной планете жили как-то работящие и не очень работящие. Еще было несколько очень работящих и очень ленивых. Короче говоря, было так, как везде во Вселенной.

Разве что и ленивые и работящие все, что они производили, — в основном это были различные сорта моркови — складывали в одну общую кучу и потом всеми из нее ели. Так было не везде.

Но однажды некоторые очень работящие сказали:

—   Хватит с нас. Мы вкалываем и вкалываем, а потом приходят другие, которые весь день валяются на брюхе и бьют баклуши, и едят нашу морковь. — И они теперь уже не складывали свою морковь в общую кучу, а носили ее домой и наедали себе пузо.

Совсем ленивые только пожали плечами и продолжали себе есть дальше из большой кучи и, конечно, отъедали они больше, чем сами туда вкладывали.

Тут среднеработящие и среднеленивые заметили, что теперь-то каждому доставалось меньше, потому что очень работящие всегда приносили особенно много моркови, больше, чем съедали сами.

И среднеработящие сказали:

—   Раз так, мы тоже будем оставлять свою морковь себе. — И они больше не складывали морковь в общую кучу, а делали себе каждый около дома маленькие кучки.

И среднеленивые поступили также.

—   Что нам еще остается, — говорили они совсем ленивым.

Теперь у каждого была собственная морковная куча перед своей хижиной, и, если кому хотелось такой сорт моркови, который у него не рос, то ему приходилось искать, у кого его можно выменять.

Так начали они ходить туда-сюда, и после работы люди еще часами занимались морковным обменом, пока у каждого не было дома всех сортов моркови, которые ему были нужны или которые казались ему нужными.

—   Вот еще выдумали моду! — поговаривали между собой совсем ленивые, у которых теперь не было общей кучи, где они могли бы дармоедничать. Из этого, однако, каждый извлек свой урок. Одни сказали себе: «Ладно, теперь мне все-таки надо больше работать». Правда, это оказалось не так просто, потому что когда такой обращенный лентяй приходил на поле сажать морковь, почти всегда появлялся кто-нибудь со словами: «Эй, тут я всегда сажал морковь, это мое поле!»

Другие же просто отправлялись к жилищам богатых и брали себе, что хотели, из морковной кучи.

—   Мы всегда брали из общей кучи. И если теперь куч много, то это все равно общие кучи. Как бы там ни было, мы будем брать, как раньше, — говорили они.

Естественно, это пришлось не по душе богатым, и некоторые стали ставить вокруг морковных куч заборы. Вскоре все уже должны были ставить вокруг куч заборы. Потому что чем больше людей ставили вокруг своих куч заборы, тем больше жившие по-прежнему совсем ленивые таскали из куч без заборов.

Рано или поздно у всех, у кого были кучи, появились вокруг них и заборы. Теперь после работы им приходилось не только меняться, но и латать да поправлять заборы, да еще приглядывать, чтобы никто через них не перелазил.

Скоро некоторые начали ворчать: «Раньше мы после работы собирались всеми у большой морковной кучи и устраивали чехарду. Теперь же мы все после работы лишь дома торчим да сторожим морковь и поправляем заборы. А на утро все встают измученные и даже морковь толком сажать не могут. Почему-то теперь всем нам трудиться приходиться больше, а моркови от этого не прибавляется».

И некоторые предложили снова вернуться к старому обычаю с большой общей кучей.

—   Лучше мы будем кормить нескольких совсем ленивых нахлебников, чем вечно мучиться с этими обменами да охранами да починкой заборов!

Но богатые возразили:

—   Нет уж, возвратиться к прежним обычаям, это значит, потворствовать тунеядству. Тогда все захотят жить за чужой счет, и никто не будет сажать морковь, и мы все околеем с голоду!

—   Да нет же, – настаивали другие. – Большинству слишком скучно лежать весь день на брюхе и бить баклуши. Таких лентяев совсем немного. Сажать морковь — это тоже удовольствие.

—   Нет, – сказали самые богатые, – Сажать морковь — это не удовольствие. Удовольствие — есть морковь.
Можете делиться своей морковью с лентяями, если хотите. А мы, как бы там ни было, ломать заборы не будем!

—   Нуу, – протянули среднебогатые, – если совсем богатые нас не поддержат, то лучше нам свои заборы тоже оставить, не так у нас и много, чтобы делиться с лентяями.

И среднеленивые сказали:

—   Да, Если станем делиться только мы, то всем не будет хватать, тогда мы не согласны. Лучше мы свои заборы оставим.

Так на этот раз ничего и не вышло. И, хотя, в общем, все понимали, что теперь у всех стало больше работы, а моркови не прибавилось, они просто не могли вернуться к прежнему обычаю.

Вместо этого произошло кое-что другое. Некоторые из тех, у кого не было больших морковных полей, пришли к богатым и сказали:

—   Послушайте, если вы мне будете давать каждый день несколько морковок, то я за это буду следить за вашими кучами.

А другие подхватили идею и предложили:

—   Кто даст мне моркови, тому я поправлю забор!

А третьи пошли по домам и стали говорить:

—   Дайте мне несколько своих морковок, и я пойду их за вас обменяю, если вы мне разрешите каждую пятую морковь оставлять себе.

Так продолжалось какое-то время, и потом кое-кто почесал себе затылок и сказал:

—   Вообще-то, у меня сейчас должно было бы оставаться больше времени, но теперь мне приходится  сажать еще больше моркови, чтобы платить починщикам заборов, ночным сторожам и морковным менялам!

И снова некоторые предложили вернуться к старым временам и снести заборы. Но, странным образом, теперь против были не только самые богатые, но и самые бедные:

—   Вы хотите отнять у нас работу! – кричали починщики заборов.

—   На что мы будем жить? – кричали ночные сторожа.

—   А нам что, с голоду умирать? – кричали морковные менялы.

Вот так и осталось все по новому обычаю.

   
 

This site has content self published by registered users. If you notice anything that looks like spam or abuse, please contact the author.